Свежие комментарии

  • Сергей Дмитриев
    ... М/б в Англии найдётся режиссёр для съёмок к/ф "Слуга врагов народа", с  чёртиком из табакерки Зельцем в главной р...Британцев взбесил...
  • Людмила Лиханова (Беговщиц)
    Россия - не дура. Это больше к вам относится. Беда России в другом: огромные территории и очень мало народа. Все оста...Ослабить, нельзя ...
  • Людмила Лиханова (Беговщиц)
    Лучше пусть не будет постоянно ноющей прокладки между нами и НАТО. В НАТО не дураки. Если мы будем как и прибалтами н...Пол Робертс: Укра...

Элитам на заметку

Элитам на заметку

Транзит власти, как показывает опыт Казахстана, может поставить под угрозу само существование государства

Сивков Константин

Казахские события продемонстрировали достаточно широкий спектр рисков, связанных с транзитом власти в постсоветских государствах, которые входят в фазу ухода с политической арены политиков конца XX – начала XXI века. Они продемонстрировали также, что в условиях высокого уровня социальной напряженности в обществе сохранность господствующего положения элит и даже самого их физического существования может оказаться зависимой от дружественной иностранной военной помощи.

В СМИ России продолжается активное обсуждение событий в Казахстане. Если обобщить высказываемые мнения по федеральным каналам телевидения, в радиопрограммах, отражающих официальную точку зрения, и высказываниях должностных лиц, а также близких к властным структурам России представителей экспертного сообщества, то можно сделать следующие выводы:

1. В Казахстане предпринята попытка государственного переворота, которая была предотвращена четкими и слаженными действиями миротворческого контингента войск ОДКБ.

2. Попытка госпереворота была осуществлена внешними силами, в числе которых выступает обобщенный Запад при ведущей роли США и Великобритании.

3. Большое значение в организации попытки госпереворота имела Турция, преследующая цели реализации своего геополитического проекта Великого Турана.

“Не существует космополитичных элит, способных стать опорой государству. Они остаются врагами национальной власти и без устранения их с территории страны обеспечить гарантированную устойчивость государства на приемлемую историческую перспективу невозможно”

4. Основную роль в организации переворота сыграли различные западные, турецкие и арабские некоммерческие организации, в огромном количестве развернутые в период пребывания у власти Назарбаева и его клана на территории Казахстана.

5. Главной ударной силой в ходе уличных событий стали боевики международных террористических организаций, в том числе и доставленные в Казахстан с территории Сирии.

6. Население Казахстана в своем абсолютном большинстве осталось инертным, не поддержав попытку госпереворота.

7. Вооруженные силы Казахстана и другие силовые структуры остались верны действующему президенту страны Токаеву, за исключением незначительного числа «отщепенцев», в том числе из числа высшего руководства Комитета национальной безопасности Казахстана, которые были быстро нейтрализованы и арестованы.

8. Миротворческие силы ОДКБ боевых действий не вели и одним своим появлением в Казахстане со взятием под контроль важнейших объектов государственной инфраструктуры заставили организаторов и участников госпереворота отказаться от своего замысла и, свернув активные действия, уйти в подполье или скрыться за рубежом.

9. Спасенный благодаря России (контингент других членов ОДКБ в составе коллективных миротворческих сил был гораздо меньше и переброска их в Казахстан осуществлялась российской военно-транспортной авиацией) режим Токаева теперь будет вынужден отказаться от многовекторности и станет проводить внешнюю и внутреннюю политику более дружественную по отношению к России, чем при Назарбаеве.

10. Ввод в чрезвычайно короткие сроки значительных контингентов войск коллективных миротворческих сил на сравнительно удаленный казахский театр продемонстрировал высокие возможности российских ВС по решению задачи, используя американскую терминологию, «проецирования силы». А столь же быстрый их вывод – отсутствие имперских амбиций у российского руководства и уважение государственного суверенитета Казахстана.

Иные выводы

Анализ этих положений показывает, что приведенная модель прошедших событий не в полной мере соответствует логике реальных событий, известных из СМИ. Возникает вопрос: в чьих интересах была осуществлена попытка госпереворота? За все время событий интересанты вне власти или их представители никак не проявили себя. Массовые протесты и беспорядки, первоначальные требования которых были выполнены буквально немедленно, продолжились, но никаких новых требований не предъявлялось и не появился ни один политический центр, которой мог бы хоть как-то олицетворять цели и задачи протестующих. Назарбаеву, конституционно закрепившему за собой власть в стране пожизненно путем занятия должности председателя Совета национальной безопасности и получившему статус елбасы, это было точно не надо. Ему надо было все сохранять так, как есть. Его клану – то же самое. А вот Токаева такое положение дел явно не устраивало. Он стремился к достижению полноты своей власти. Но для этого нужно изменить конституцию страны и сделать это можно было только в экстраординарных условиях, оправдывающих отказ от положенной процедуры. И он пошел на это всего через два дня после начала событий, отрешив Назарбаева от занимаемой должности, тем самым отменив конституционную пожизненность его пребывания у власти. Вслед за этим последовали аресты высших руководителей из числа представителей назарбаевского клана.

Таким образом, можно констатировать, что государственный переворот в Казахстане с изменением явочным порядком конституции страны прошел успешно – всю полноту власти получил господин Токаев, что и было закреплено в его «победном» выступлении, в ходе которого он подверг уничтожающей критике предшествующих властителей и назвал меры по окончательному уничтожению их влияния в Казахстане. При этом, естественно, никакие внешние силы себя не проявляли – они в этой внутриэлитарной разборке участия не принимали и толком не знали, как реагировать. Естественно, их спецслужбы, будучи связанными с фигурами из обеих группировок казахской элиты, отслеживали ситуацию, но явного вмешательства с развертыванием соответствующей информационной кампании не просматривалось.

То же самое можно сказать и о Турции с ее проектом Великого Турана. По этим же основаниям нельзя утверждать, что ключевую роль в развитии протестов и перерастания их в массовые беспорядки сыграли иностранные НКО. Если бы это так, то информации об этих событиях, поданной в соответствующем эмоциональном окрасе, было бы полно в западных СМИ. Фактически это места не имело.

Что касается массового участия в беспорядках боевиков-террористов, число которых Токаев оценивал в 20 тысяч человек, то это никак не вписывается в историю событий, когда более или менее крупные волнения со стрельбой окончились буквально через день после появления коллективных миротворческих сил, которые к тому же не принимали участия в боевых действиях. Если вспомнить Сирию, то там такие боевики сражались отчаянно в куда меньшем числе и очень долго. Для разгрома 20-тысячной группировки террористов в Сирии потребовалось несколько месяцев интенсивных боевых действий с массированным применением авиации и ракет «Калибр». Даже если бы реальных террористов было порядка нескольких тысяч, их уничтожение потребовало бы значительно большего времени и активных действий миротворческих сил. Так что если и были там террористы, что вполне возможно, то в незначительном количестве.

Тогда откуда могли взяться такие массы протестующих и боевиков, с которыми не смогли справиться все силовые структуры Казахстана и пришлось обращаться за помощью к ОДКБ? Особенно если учесть, что выделенные для миротворческой операции войска составили достаточно внушительную силу – две воздушно-десантные дивизии и шесть бригад, из которых четыре были российскими. Если не считать мелких подразделений других стран и полагать, что указанные соединения прибыли в полном составе, на что указывает назначение на пост командующего этой группировкой генерал-полковника Сердюкова, то общая численность миротворческого контингента составила порядка 30–40 тысяч человек. Для миротворческой миссии это очень много. И это соответствует предположению о многочисленности группировок, выступивших против действующего президента Казахстана.

А практически немедленное прекращение волнений с приходом сил ОДКБ говорит о том, что протестующие не имели никакой серьезной организации и в подавляющем большинстве своем, узнав о появлении Российской армии, которая только что разгромила настоящих террористов в Сирии, с чем не справились даже американцы, просто разбежались по домам. То есть основу массовых протестов составили именно простые казахи, для которых жизнь под ярмом елбасы и его сподвижников становилась все более невыносимой. Подтверждением этого предположения может служить и первое после подавления волнений программное выступление президента Токаева, где он выдвинул беспрецедентные для постсоветского пространства положения, суть которых сводится к тому, чтобы за счет обложения специальными налогами самых богатых компаний обеспечить резкий подъем жизненного уровня простого народа.

Чего ждали силовики

Не выдерживает критики и предположение о сохранении верности силовых структур действующему президенту. Информация о фактах перехода отдельных частей и подразделений полиции и вооруженных сил Казахстана на сторону протестующих поступала уже на второй день событий. Президент Токаев заявлял, что террористы переоделись в форму полицейских и военнослужащих и воюют против силовиков. В этом же ключе можно рассматривать и данные о тяжелых боях на подступах к Алма-Ате – такие бои возможны, только если с обеих сторон действуют достаточно многочисленные, хорошо организованные, обученные и вооруженные части и подразделения, причем имеющие подготовленных командиров, полноценно управляющих своими частями и подразделениями. При этом на стороне противников президента, похоже, имелось превосходство, поскольку решить задачу прорыва к Алма-Ате и взятия под контроль этого города силовикам, верным правительству, не удалось. А заявление Токаева о шестикратном превосходстве протестующих над силовиками говорит о том, что верными президенту осталась сравнительно небольшая часть силовых структур республики. Видимо, большая часть силовиков заняла нейтральную позицию, дожидаясь выяснения, куда пойдут события. И когда вошли миротворцы ОДКБ да еще в таком большом количестве, они быстро сориентировались и, приняв сторону очевидного победителя, выступили на стороне властей.

Конечно, не стоит строить иллюзии, что силовики массово стали переходить на сторону народа. Похоже, что ключевую роль в их выступлении против правительства сыграли представители назарбаевского клана, которым совершенно не хотелось терять свои позиции во власти и в обществе. А то, что удар по итогам протестов пойдет именно по ним, было очевидно как из требований протестующих, так и из молниеносной реакции Токаева по их выполнению – с устранением из власти Назарбаева. Не могли они так просто, без боя отдать власть. Так что в резком нарастании беспорядков, надо полагать, существенную роль сыграли и сторонники Назарбаева, прежде всего те, которые имели влияние в войсках и иных силовых структурах. Этим также можно объяснить нейтралитет основной массы силовых структур и факты перехода некоторых из них на сторону протестующих. Соответственно понимая, что с вводом войск ОДКБ им уже ничего не светит, они отказались от дальнейшего сопротивления как бесперспективного. Нашим войскам сражаться не пришлось, сработал имидж «победоносной и непобедимой». Бесспорно, большую роль в этом сыграла беспрецедентная быстрота, с которой была развернута группировка миротворцев, переброшенных по воздуху. В XXI веке таких темпов не смогли продемонстрировать даже США.

Однако столь же быстро миротворцы и покинули Казахстан. От спасенного Россией Токаева вполне логично теперь ожидать отказа от многовекторности во внешней политике с переориентацией на Россию. Но факты противоречат этому. И первым нехорошим признаком, говорящим, что этого скорее всего не произойдет, стало назначение на пост министра информации известного оголтелого русофоба. Недоумение от такого назначения проявилось не только в информационной среде, но и в выступлениях и заявлениях должностных лиц. Не может не вызывать недоумение и быстрота вывода коллективных сил из Казахстана. Столь короткая миротворческая операция – также беспрецедентный случай в истории.

Весь проведенный анализ свидетельствует, что единственным разумным объяснением происшедшего в Казахстане может быть госпереворот, организованный и успешно проведенный действующим президентом. Но «народный бунт» на первом своем этапе вышел из-под контроля в результате включения активной массы населения и организованного сопротивления части назарбаевского клана, а также связанных с ним казахских элит. Победивший с помощью российских войск Токаев постарался быстро избавиться от миротворцев, чтобы развязать себе руки в проведении своего курса во внутренней и внешней политике. Как раз за то, что эта политика будет как минимум многовекторная, говорит поспешность вывода миротворцев.

Пять уроков Казахстана

Казахские события преподнесли российской элите некоторые весьма существенные уроки. Первый из них состоит в том, что транзит власти с заменой уходящего руководителя страны на иную фигуру, сколь бы она ни казалась верной и слабой, чреват серьезными рисками того, что новое руководство захочет получить всю полноту власти, избавившись от отягощающих ее обязательств перед ушедшей. Даже наш президент, несмотря на действительно жестко соблюдаемую им верность обязательствам перед семьей Ельцина, серьезно потеснил ее представителей в российской власти и бизнесе, а в ряде случаев и полностью устранил их из российской политики и экономики. Это, кстати, стало одним из факторов возникновения мощной антипрезидентской «пятой колонны» в российской элите. Ставка на потомков и молодых родственников также не дает гарантий – они не прошли той школы борьбы, в которой обрело силу и власть старшее поколение. А поэтому в весьма короткие сроки будут устранены более агрессивными и боеспособными представителями своего поколения, причем, вероятно, с тяжелыми для себя и своего клана последствиями.

Второй урок состоит в том, что расчет на ограниченные и управляемые локальные протестные выступления как силовой инструмент давления на власть со стороны элит, не обладающих достаточным влиянием на силовые структуры государства, опасен высоким риском выхода этих протестов из-под контроля с превращением во всенародную революцию против всей элиты. Условием такого развития событий является их протяженность во времени, что позволит оформиться политическим центрам и лидерам протеста. Таковые могут появиться из числа членов влиятельных оппозиционных партий, в том числе и представленных в органах власти федерального и регионального уровней. Их могут выдвинуть партии и движения, ныне считающиеся маргинальными, и даже формально аполитичные организации, связанные с военным делом (казачьи организации, реконструкторы битв прошлого, стрелковые клубы и иные им подобные структуры). В числе локальных лидеров могут оказаться известные фигуры из киберпространства, в частности авторитетные в политике или в военном деле публичные фигуры и блогеры. Можно привести еще примеры, но я на этом остановлюсь. Главное состоит в том, что «поле выборки» огромно и возможности появления организационных центров достаточно велики. Хорошим примером самоорганизации протеста в дееспособную вооруженную силу могут служить события на юго-востоке Украины на ранних этапах их развития. Основной вывод из этого урока состоит в том, что в стране со значительным уровнем социальной напряженности пытаться решать внутриэлитарные проблемы, используя недовольство населения существующим положением дел, крайне опасно, точнее – недопустимо.

Третий урок связан со вторым и состоит в том, что пренебрежение интересами основной массы населения ради решения внутриэлитарных проблем чревато гибелью всей элиты. Наилучшим примером этого можно считать Октябрьскую революцию 1917 года, которая стала возможной благодаря пренебрежению интересами основной части населения России Временным правительством, что позволило несопоставимо более слабой, проигравшей выборы в Учредительное собрание партии большевиков возглавить народный протест и победить. Поэтому главный вывод из этого урока состоит в том, что поддержание высокого уровня жизни населения является гарантией сохранения власти действующей элитой.

Четвертый урок заключается в том, что сохранившие часть власти и влияния, а также значительную собственность элиты, отодвинутые с господствующего положения, всегда будут угрозой действующей власти. Особенно опасны для государства, власти и общества элиты, связанные с иными государствами, прежде всего враждебными. Как правило, будучи подконтрольны иностранным спецслужбам, они, используя свое должностное и имущественное положение, действуют в интересах других государств, скрытно подрывая потенциал своей страны во всех сферах жизни, маскируя это якобы текущей целесообразностью в ущерб перспективе, ошибками управления и другими способами. Именно эти элиты составляют реальную «пятую колонну», а не участники уличных протестов, спровоцированных и организованных этими элитами. И чем выше их социальное и должностное положение, имущественный потенциал, тем могущественнее «пятая колонна». Главный вывод – не существует космополитичных элит, способных стать опорой государству. Они остаются врагами национальной власти и без устранения их с территории страны обеспечить гарантированную устойчивость государства на приемлемую историческую перспективу невозможно.

Пятый урок казахстанских событий в том, что вооруженные силы и иные силовые структуры в современных условиях теснейшим образом связаны с настроениями основной массы населения как непосредственно (экономические и социальные проблемы их затрагивают так же, как и всех остальных граждан), так и через своих родственников и друзей. Силовиков невозможно изолировать от общей информационной среды, где на них оказывают влияние различные духовные, идейные, политические и иные течения. Поэтому в условиях, когда в стране существует высокий уровень социальной напряженности, расчет на силовое подавление возможных массовых выступлений чреват риском перехода силовиков на сторону протестующих. Особенно он возрастает, если у протестующих есть политическое олицетворение в виде группы авторитетных, не связанных с властью лидеров, обладающих четкой альтернативной социально-экономической программой, ведущей к радикальному повышению уровня жизни народа, представленной в виде согласованной и всеохватной системы лозунгов. Поэтому главный вывод из этого урока состоит в том, что политика в сфере безопасности должна быть четко согласована с социальной сферой во всем ее многообразии.

https://vpk-news.ru/articles/6...

Картина дня

наверх